Наивная вера в серпастый-молоткастый

Время шло. Зима приближалась. В том году морозы наступили рано: уже в ноябре начинало подмерзать. Я все еще жила a` la belle e?toile*, так как твердо решила, что поселюсь под крышей лишь тогда, когда получу паспорт. Почему-то я думала, что получение паспорта положит конец всякой классовой дискриминации: страна вручит мне этот самый серпастый-молоткастый и я стану полноправным гражданином Советского Союза. Еще долго до моего сознания не могло дойти, что именно в нашем бесклассовом государстве столько неравенств разных оттенков, столько классов, каст, от парии до полубога, сколько ни в одной стране древности – ни в Египте, ни в Индии, ни в Китае – и не придумали бы!

И вот мне выдают паспорт. Это было в день моего рождения, 24 декабря. Не скрою, я была очень рада.

Мне было невдомек, что 1 января 1941 года, в день, когда должен был состояться народный плебисцит и выборы, к урнам обязаны были явиться все 100 процентов населения. Аллилуйа должна быть единогласной – на все 100 процентов.

И вот я в отделении НКВД. Сижу. Отвечаю на множество вопросов. Некоторые из них до того нелепы, что кажутся неправдоподобными!

– Как вы эксплуатировали своих рабочих?

– Ни я их, ни они меня ни эксплуатировать, ни шантажировать не могли. Наши отношения были построены на обоюдной выгоде.

– Скажете еще! Ведь они от вас зависели?

– Скорее я от них могла зависеть: если человек не хотел у меня работать, у него была полная возможность прожить своим хозяйством, без моих денег; я же без наемного труда могла бы лишиться всего урожая. Одна, своими руками я не могла ни засеять, ни собрать урожай с 46 гектаров. Но отношения у нас были всегда самые хорошие: я знала, что каждый рад прийти ко мне на работу, так как я сама умею работать и умею ценить хороших работников, они же всегда были уверены, что получат сполна и в тот же день все, что им причитается, и, кроме того, будут хорошо накормлены.

– А чем, к примеру, вы их кормили?

– Ну, вареники и голубцы каждый день они не получали – возиться с ними было некогда. А получали они простую сытную пищу, причем в таком количестве, что хватало не только тому, кто работает, но и его родне, если они были поблизости. Например, работал у меня мальчишка Тодор Ходорог, а кушать с ним приходили из деревни его мать и две сестры. Я так и рассчитывала, чтобы хватило на четверых.

– А что же именно вы им давали?

– Меню было примерно такое. Утром, отправляясь в поле, брали лишь легкий завтрак: фрукты и белые калачи. К девяти часам в поле отправляла подводой еду на весь день: на завтрак чаще всего молочную лапшу, на обед борщ или какой-нибудь соус в глиняном горлаче (хорошо укутанный, он и в обед горячий). После обеда рабочие спали, пока не спадет жара. Часа в четыре, под вечерок, холодная простокваша (ее тоже в горлачах или деревянном бочонке прикапывали в землю, чтобы не согрелась). Иногда вместо простокваши – арбузы или виноград. Затем работали до заката, так как в жару, часов до четырех или пяти, был перерыв. Вечером возвращались с поля и тогда уже ели основную еду: борщ с мясом или салом, жареный картофель, пироги, яйца, брынза. Чем лучше еда, тем охотнее работает человек.

– Так вам и поверили! – презрительно фыркнул начальник.

Я пожала плечами: мне казалось естественным то, что я всегда хорошо кормила рабочих. Мне и в голову не пришло, что могло бы быть иначе.

– А теперь признайтесь откровенно... Дело это уже прошлое и ничего вам за это не будет: вы часто били своих рабочих? И чем?

– Что за нелепый вопрос? Если бы я кого-нибудь ударила, то получила бы сдачи или попала под суд. Перед лицом закона все – от короля до цыгана – равны. Кроме того, у нас в деревне...

Тут он меня перебил:

– «У нас в деревне...» Вы людей из своей деревни могли продавать?

Это меня взорвало:

– Продают скотину! А у нас люди. Вот вас не мешало бы погнать на скотопригонный рынок, чтобы вы поучились уму-рузуму у быков!

Что тут поднялся за шум! Но тут и я так рассердилась, что потеряла контроль над собой. Из соседнего кабинета явился какой-то милиционер постарше чином. Прошло немало времени, прежде чем шум улегся и я смогла сказать:

– Я терпеливо и откровенно отвечала на все вопросы, хотя особенным умом они не отличались. Но должны же знать даже самые глупые из ваших сотрудников, что крепостное право было отменено 19 февраля 1861 года, то есть уже 80 лет тому назад! Кроме того, в Бессарабии никогда, понимаете ли вы, никогда крепостного права не было!

Я еще не знала, что невольничий рынок не кошмар прошлого. Если б я тогда знала, как строился Норильск (да один ли Норильск?), как начальники производств отправлялись в Красноярск, где выбирали из числа невольников себе рабочую силу, как людей считают на штуки...

И вот я с паспортом! Прихожу к Эмме Яковлевне.

– А ну покажите! – говорит Паша.

Протягиваю ей.

– Ах, параграф 39-й!..

Беру. Смотрю. Да, написано «параграф 39». Ну и что с того? Если температура 39 градусов, то это плохо. А в паспорте... Не все ли равно? Все же спрашиваю:

– Что значит эта 39-я статья?

– Не знаю... Я просто так...

Знала она прекрасно! Узнала и я...

_______
* la belle étoile – под прекрасной звездой (франц.).
** Выборы в Бесарабии состоялись 12 января 1941 года, накануне старого нового года. Автор использует старый стиль. День рождения Е. Керсновской – 24 декабря – указан также по старому стилю.
 



Оставьте свой отзыв в Гостевой книге

Материал сайта можно использовать только с разрешения наследников. Условия получения разрешения.
©2003-2019. Е.А.Керсновская. Наследники (И.М.Чапковский ).
Отправить письмо.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
тетрадь 1

В Бессарабии

||   1. Через головы местных акул ||   2. "Странная война" ||   3. Роковой год ||   4. "А где здесь у вас ба-а-а-рин?" ||   5. С такими ли героями Суворов перешел Альпы? ||   6. Диспут под стогом сена ||   7. Кукона и дудука ||   8. "Что это за базар?!" ||   9. Румынский солдат ||   10. Не хочу краснеть за свои поступки! ||   11. Митинг, решивший нашу судьбу ||   12. Проекты, расчеты - наивные до слез ||   13. Зачем прокурор лгал? ||   14. "С тобой я ничего не боюсь!" ||   15. Ваpеники с малиной ||   16. Это не ария Дубровского, это обухом по голове! ||   17. O tempora, o mores! ||   18. Бессарабия: география, этнография и язык ||   19. Ловкий ход Румынии ||   20. Римская волчица в Кишиневе ||   21. Душевная абберация ||   22. Помещики: разночинцы и однодворцы ||   23. Фермеры: Алейников и Яневская ||   24. Помещица<коммунистка, барчуки<комсомольцы ||   25. "Капиталисты" ||   26. Бабулештская Кассандра Миша Георгица ||   27. Так ушел последний из братьев Керсновских ||   28. "Отдайте мне мои рубашечки!" ||   29. Граф<бунтарь ||   30. Одесса, 1919 год ||   31. "Человек в коже" ||   32. Дело Гиммельфарба ||   33. "Ты судишь по этим книгам?" — Об отцах духовных ||   34. Начинаются университеты ||   35. Шахтер, крестьянин, рабочий и я ||   36. Родное гнездо и во что его превратили ||   37. Вандалы еще не перевелись ||   38. Я получаю свою долю ||   39. Царь Соломон - мудрейший судья ||   40. Народ умеет уничтожать ||   41. Находка в соломе ||   42. Визитка и дедушка Тома ||   43. Батpак на феpме ||   44. У цыгана дедушки Александра ||   45. Только без слез ||   46. Переселение народов ||   47. "Тебя ждет собачья жизнь!" ||   48. Мы должны расстаться с мамой ||   49. С Богом, моя мужественная старушка! ||   50. Одиночество и несостоявшаяся лапша ||   51. Пиррова победа ||   52. Лучше держаться от всех в стороне ||   53. Двойная мораль относится не только к верблюдам ||   54. Начало новой эры ||   55. Рассказ Дементия Богаченко ||   56. Что увидел агроном ||   57. Приходится воровать собственное оружие ||   58. Присматриваюсь к советским людям ||   59. 23 года мы голодали, чтобы вас освободить... ||   60. Полупризнание полуправды ||   61. Наивная вера в серпастый<молоткастый ||   62. Землетрясение или... война? ||   63. Липовый чурбан и выборы ||   64. 35 тысяч - "за", один - "против" ||   65. Мои напарники ||   66. Глазной врач снимает с моих глаз повязку ||   67. Мораль Волка по отношению к Ягненку ||   68. Заяц, философия и оптимизм ||   69. Сказка о жабах и розах ||   70. Нет, не сдаюсь! ||   71. Из пустого в порожнее ||   72. Автобиография ||   73. Иваныха и ее марксистские убеждения ||   74. Сапоги и понятие о справедливости ||   75. Страх перед проклятием ||   76. Даже и тогда сердечные дела ||   77. Роковая ошибка Иры ||   78. Мой верный друг, что ты наделала? ||   79. Грузовик исчез в тумане... ||   80. Пирог со "счастьем" ||   81. Это было недавно, это было давно ||   82. "Как вы были счастливы..." ||   83. "Поздравляю - сын!" ||   84. Неудача агитатора ||   85. Вызов из заграницы или провокация НКВД? ||   86. Пасха с парторгом ||   87. Беда надвигается ||   88. "Тихо вшендзе... Цо то бендзе" ||   89. Вечер, который я не могу забыть ||   90. И час пробил ||   91. Последние шаги в "мирской" жизни ||   92. "Благословляю вас на крестный путь!" ||   93. Великий постриг ||   94. Прощание с дубами   ||
  п»їтетрадный вариант ||| иллюстрации в тетрадях ||| альбомный вариант (с комментариями) ||| копия альбома ||| самиздат ||| творческое наследие ||| об авторе ||| о проекте ||| гостевая книга -->

По вопросу покупки книги Е. Керсновской обратитесь по форме "Обратной связи"
   Присоединиться