Неизвестный герой и семеро расстрелянных

Замечу мимоходом, что я далека от того, чтобы утверждать, будто я – единственный рыцарь без страха и упрека Норильского комбината. Однажды я присутствовала, только присутствовала на вскрытии...

Впрочем, об этом случае стоит рассказать подробнее.

В тот день – дело было в конце зимы 1947 года – я была в морге одна. Вечерело. Я сидела у окна и до того погрузилась в воспоминания, что даже не обратила внимание на подъехавший к моргу грузовик. Из машины повыскакивало около десятка солдат, и вскоре все заходило ходуном.

В «разгрузке» я участия не принимала, а поскольку санитаров не было, то солдаты сами таскали трупы.

Через несколько минут на полу зала, или аудитории, уже высилась груда тел, вернее – окровавленных лохмотьев, из которых торчали то пара ног, то рука со скрюченными пальцами, то окровавленное лицо...

Я пыталась протестовать:

– Отнесите тела в покойницкую! Завтра утром будет произведено вскрытие. Сегодня уже поздно...

Тот, кто был за старшего, возразил:

– Некогда возиться! У нас свой врач. Нам нужен протокол! И без промедления!

Тут я заметила врача. «Своего», как они сказали, врача.

Представьте себе восточного человека роста ниже среднего, гладко остриженного, одетого в «лагерный фрак» – бушлат, в котором рукава разного цвета. В глаза бросался мертвенный цвет лица и крайне растерянный вид.

Я приготовила инструмент и, пока мы надевали халаты, узнала, что это за трупы. Еще одна неудачная попытка побега. Одна из многих... И, как все без исключения неудачные попытки, закончилась она в морге.

Обычно беглецов бывает один или двое, реже – трое. Живьем их не берут.

Впервые видела я сразу семерых и, откровенно говоря, усомнилась, что это беглецы: полураздетые, изможденные...

Куда бежать из Норильска? Из Норильска, откуда бежать просто невозможно!

Знала я также, что Павел Евдокимович все такого рода вскрытия, которые должны были, по правде говоря, считаться судебно-медицинскими, сводил к простой формальности: доказательству того, что они были застрелены при попытке побега. Об этом я думала, когда садилась записывать протокол вскрытия.

Извини меня, мой брат-прозектор! Я неправильно оценила твою бледность. Ты понимал опасность. Ты боялся... Но ты оказался человеком. Притом мужественным. Человеком с большой буквы.

   
– Внешний осмотр... Три пулевых отверстия... Дайте пуговчатый зонд. Так. Первое огнестрельное ранение... Входное отверстие сзади, в нижней части бедра. Кость раздроблена. Второе входное отверстие – в левом подреберье, выходное – в области правой ключицы. Стреляли по лежачему... Третье – в лицо. В упор...

– Да ты бредишь, гад! Они все застрелены на бегу!

– Возможно... Если он продолжал бежать с раздробленным бедром, не останавливался и после второго ранения, которое само по себе смертельно. Затем он продолжал бежать... задом наперед, пока пуля, попавшая в лицо, его не остановила. Следы ожога – на лице...

Я записывала, вертясь, как черт на заутрене, и сажала кляксы от восхищения.

– Ты брось эти штучки, фашист! – хрипел старшина, поднося кулак к самому носу врача.

Тот побледнел еще больше, если только это вообще было возможно. Вид у него был совсем несчастный, но – решительный.

– Следующий... Входное отверстие – спереди, в правую сторону шеи... Висок проломлен твердым тупым предметом, должно быть, прикладом. Следующий... Огнестрельное, в лицо... Выходное – в затылке, размер шесть на десять сантиметров. Следующий... Два огнестрельных ранения в грудь, спереди; одно – сквозное, другое – пуля в позвоночнике. Следующий... Два огнестрельных ранения в живот, спереди... Грудная клетка в области сердца проломана: след каблука...

– Ну, постой же, гад! Твое место, фашистский подонок, с ними – вот в этой куче!

Слабое подобие улыбки слегка тронуло абсолютно бескровные губы. Не подымая глаз:

– Знаю! Но вскрытие, пожалуй, сделаю не я...

Ты пристыдил меня, бесстрашный ученик Гиппократа (или Зенона*, быть может?). Он знал, что ему, носящему клеймо 58-й статьи, пощады не будет. И – не дрогнул... Не тот храбр, кто не боится, а тот, кто, боясь, не гнется!

Я знала, что рано или поздно (скорее, рано, чем поздно) его доставят в морг. Но я его не узнаю: все доходяги, умирающие на общих работах, на одно лицо. А имени его я не знала...



Оставьте свой отзыв в Гостевой книге

Материал сайта можно использовать только с разрешения наследников. Условия получения разрешения.
©2003-2019. Е.А.Керсновская. Наследники (И.М.Чапковский ).
Отправить письмо.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
тетрадь 8

Инородное тело

||   1. Здесь Смерть может помочь Жизни ||   2. Отсюда два пути: на волю или под Шмитиху ||   3. Труп в матраснике ||   4. Санитары Жуко и Петро ||   5. Виртуоз Дмоховский ||   6. Жил грешно – умер не смешно ||   7. Рабочий день в морге ||   8. Следователь и самоубийца ||   9. Когда прокурор плачет.. ||   10. "Я убила своего ребенка!" ||   11. Бесперспективная ситуация ||   12. "Добро пожаловать!" ||   13. Здесь, в глубоком тылу.. ||   14. Всё забыто, и все забыты… ||   15. Катафалк ||   16. Жизнь ушла из них до смеpти ||   17. Знак равенства ||   18. Жертвы песчаного карьера ||   19. Любовь по-норильски ||   20. Неизвестный №8 ||   21. Белый бинтик ||   22. "Сказка – ложь, да в ней намек..." ||   23. "...Добру молодцу урок", которого я не желаю признавать ||   24. Еще одно "торжество" ||   25. В чужом кегельбане ||   26. Инфекционист Попов рвет и мечет! ||   27. Художества Хаи Яковлевны ||   28. Неизвестный герой и семеро расстрелянных ||   29. Радость, которой не очень легко радоваться ||   30.  "Брак или партбилет?" ||   31. Рухнула "главная пальма" ||   32. Валя и Крамаренко ||   33. У "коня" было больше рвения, чем сил ||   34. Булавочные уколы или укусы ядовитого насекомого? ||   35. Метиленовая синька. ||   36. Только не к лагерным "пираньям"! ||   37. "Давай дружить, Оки!" ||   38. Когда смеpть – меньшее зло ||   39. Неожиданная развязка ||   40. Мой путь – в шахту!   ||
  п»їтетрадный вариант ||| иллюстрации в тетрадях ||| альбомный вариант (с комментариями) ||| копия альбома ||| самиздат ||| творческое наследие ||| об авторе ||| о проекте ||| гостевая книга -->

По вопросу покупки книги Е. Керсновской обратитесь по форме "Обратной связи"
   Присоединиться